Социально-демографические и поведенческие характеристики пациентов с коинфекцией сифилис/ВИЧ

За последние годы в Москве отмечается рост числа пациентов с сочетанием сифилиса и ВИЧ-инфекции. Так, по данным амбулаторного приема в МНПЦДК и Московского городского СПИД-центра, число таких больных с 2014 по 2022 г. увеличилось более чем в 3 раза. Появились работы, описывающие социально-демографические и поведенческие характеристики пациентов с коинфекцией сифилис/ВИЧ [1, 2].

Под нашим наблюдением в процессе и после лечения находились 280 пациентов с тяжелыми инфекциями — сифилисом и ВИЧ. Заражение этими инфекциями связывают с особенностями социального статуса и поведения заболевших. Среди наших пациентов были лица с моноинфекцией (сифилис или ВИЧ), а также с сочетанием этих заболеваний (коинфекцией). Это позволило выявить особенности и сравнить социальные и поведенческие характеристики пациентов, объединенных в группы в соответствии с диагнозом (сифилис, ВИЧ-инфекция или коинфекция сифилис/ВИЧ).

Цель исследования — изучить социально-демографические и поведенческие характеристики пациентов с коинфекцией сифилис/ВИЧ в сравнении с аналогичными характеристиками пациентов с сифилисом и пациентов с ВИЧ-инфекцией (группы сравнения 1 и 2).

В основную группу (лица с коинфекцией сифилис/ВИЧ) вошли 90 пациентов (79 мужчин и 11 женщин) в возрасте от 18 до 70 лет, средний возраст 40 лет.

В группу сравнения 1 (пациенты с сифилисом) вошли 130 человек (114 мужчин и 16 женщин) в возрасте от 39 до 50 лет, средний возраст 44 года, из них 50 пациентов с диагнозом «сифилис скрытый ранний», 30 — с диагнозом «сифилис скрытый неуточненный как ранний или поздний», 28 — «сифилис скрытый поздний», и у 24 был сифилис в анамнезе, леченный от 5 до 25 лет назад.

В группу сравнения 2 (пациенты с ВИЧ-инфекцией) вошли 60 человек (47 мужчин и 13 женщин) в возрасте от 27 до 67 лет, средний возраст 42 года. В этой группе у 20 пациентов диагностирована ВИЧ-инфекция в 3-й стадии, у 40 — в 4-й (4А у 10, 4Б у 14, 4В у 16).

В сравнении рассматривались следующие параметры: уровень образования, характер трудовой деятельности, сексуальная ориентация, характер половых контактов (постоянные, случайные), использование при контактах мер индивидуальной профилактики заболеваний, передаваемых половым путем.

Уровень образования пациентов основной группы и групп сравнения отражен в табл. 1.

Таблица 1. Уровень образования пациентов основной группы и 2 групп сравнения

Обращает на себя внимание наиболее высокая доля лиц с высшим образованием (почти 90%!) среди пациентов основной группы. Промежуточное положение занимает группа сравнения 1 (пациенты с сифилисом) — 63,2%, и меньше всего эта доля в группе пациентов с ВИЧ-инфекцией — 40,4%. Преобладание доли лиц с высшим образованием в основной группе по сравнению с обеими группами сравнения статистически значимо (p<0,001 и p<0,001 соответственно, ВК). Интересно, что в основной группе доля лиц с высшим образованием может увеличиться, поскольку 5% представителей группы — студенты. В обеих группах сравнения студентов нет. В основной группе нет лиц со средним (школьным) образованием, а в группах сравнения их доля составляет от 3,5 до 14,9%, причем последний, наиболее высокий показатель относится к мужчинам с ВИЧ-инфекцией.

Характер трудовой занятости пациентов сравниваемых групп отражен в табл. 2.

Таблица 2. Трудовая занятость основной и двух групп сравнения

Полная трудовая занятость оказалась наиболее характерной также для основной группы. Статистическая обработка показала, что в группе «Сифилис/ВИЧ» доля пациентов с полной занятостью была статистически значимо больше (68,9%), чем в группах «сифилис» (42,3%) и «ВИЧ» (30%) (p<0,001 и p=0,019 соответственно; ВК).

В группах пациентов с сифилисом и с ВИЧ-инфекцией доли пациентов с частичной занятостью были статистически значимо больше, чем в группе с коинфекцией сифилис/ВИЧ — соответственно 32,3, 31,7 и 4,4% (p<0,001 и p<0,001 соответственно; ВК), а в группах сравнения доли пациентов с частичной занятостью статистически значимо не различались — 32,3 и 31,7% (p=0,934; ВК).

Сексуальные ориентации пациентов основной группы и групп сравнения отражены в табл. 3.

Таблица 3. Сексуальная ориентация мужчин основной и групп сравнения

Среди мужчин основной группы наиболее высокой была доля лиц с гомосексуальной ориентацией — 63,3%, в то время как среди пациентов с сифилисом и с ВИЧ-инфекцией она была минимальной — соответственно 3,5 и 7,7%; достоверность различий статистически подтверждена (p<0,001 и p<0,001 соответственно; ВК).

Довольно значительной в основной группе была также доля бисексуалов — 16,5%, в то время как среди пациентов с сифилисом эта доля была достоверно меньше — 7,9% (p=0,048; ВК), а среди пациентов с ВИЧ-инфекцией лиц с бисексуальной ориентацией не было.

Мужчины с гетеросексуальной ориентацией в группе с коинфекцией сифилис/ВИЧ составили всего 20,3%, тогда как среди больных сифилисом и ВИЧ-инфекцией они преобладали (соответственно 88,6 и 92,3%). Различие статистически значимо: p<0,001 и p<0,001; ВК.

Все женщины как в основной, так и в группах сравнения имели гетеросексуальную ориентацию.

Параллельно с сексуальной ориентацией фиксировали брачный статус пациентов сравниваемых групп. Из 16 мужчин основной группы с гетеросексуальной ориентацией 7 (43,8%) состояли в браке, в том числе в гражданском, 6 (37,5%) были холосты, 2 (12,5%) разведены, 1 (6,3%) вдовец. Из 11 женщин 5 (45,5%) были разведены, 4 (36,4%) состояли в браке, из них 1 в гражданском, 2 (18,2%) вдовы.

Среди гомо- и бисексуальных мужчин основной группы имели постоянных половых партнеров только 17,5% пациентов. В группе с сифилисом среди лиц с аналогичной ориентацией имели постоянных партнеров 46,2% лиц, различие статистически значимо (p=0,023, ВК). В группе с ВИЧ-инфекцией у пациентов с гомо- и бисексуальной ориентацией постоянных партнеров не было.

Поскольку случайные контакты с малознакомыми партнерами и прежде всего контакты без использования средств индивидуальной защиты ведут чаще всего к инфицированию ИППП, мы отразили сведения о таких контактах в табл. 4. Мужчины всех трех сравниваемых групп имеют случайные контакты почти в 4 раза чаще женщин. В группе больных сифилисом эти контакты в большинстве случаев защищенные (59,3%). В группе пациентов с ВИЧ-инфекцией случайные контакты, напротив, значительно чаще незащищенные (65,7%). Но максимум незащищенных контактов в группе пациентов с коинфекцией (86,8%). Результат вполне ожидаемый. Опасность инфицирования в этой группе реализуется чаще всего, и инфекции сочетаются у одного больного.

Таблица 4. Случайные и незащищенные половые контакты у лиц основной и групп сравнения

Таким образом, мужчины из группы пациентов с коинфекцией сифилис/ВИЧ продемонстрировали яркие характеристики рискованного сексуального поведения: у них наиболее высока доля лиц, имевших случайные половые контакты (86,1%) и не пользовавшихся при этом средствами индивидуальной защиты (86,8%).

1. Пациенты с коинфекцией сифилис/ВИЧ в большинстве имеют высшее образование и полную трудовую занятость.

2. Пациенты с коинфекцией сифилис/ВИЧ чаще всего придерживаются гомосексуальной ориентации (63,3%), реже — бисексуальной (16,5%); гетеросексуалом является лишь каждый пятый из них (20,3%).

3. Сравнение с сексуальным поведением пациентов с сифилисом и пациентов с ВИЧ-инфекцией показало, что лица с коинфекцией в наибольшей степени склонны к случайным половым контактам (86,1%) при крайней редкости применения мер индивидуальной профилактики ИППП (86,8%).

4. Социальные и поведенческие характеристики пациентов с коинфекцией необходимо учитывать лечащим врачам при выяснении анамнеза и обследовании половых и бытовых контактов больного.

Участие авторов:

Концепция и дизайн исследования — Лосева О.К., Туаева Р.Г.

Сбор и обработка материала — Туаева Р.Г.

Статистическая обработка данных — Туаева Р.Г.

Написание текста — Лосева О.К.

Редактирование — Жукова О.В.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Authors’ contributions:

The concept and design of the study — Tuaeva R.G., Loseva O.K.

Collecting and interpreting the data — Tuaeva R.G.

Statistical analysis — Tuaeva R.G.

Drafting the manuscript — Loseva O.K.

Revising the manuscript — Zhukova O.V.