Хрянин А.А.

ФГБОУ ВО «Новосибирский государственный медицинский университет» Минздрава России;
РОО «Ассоциация акушеров-гинекологов и дерматовенерологов»

Бочарова В.К.

ФГБОУ ВО «Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова» Минздрава России

Искусственный интеллект в дерматологии: возможности и перспективы

Авторы:

Хрянин А.А., Бочарова В.К.

Подробнее об авторах

Прочитано: 2965 раз


Как цитировать:

Хрянин А.А., Бочарова В.К. Искусственный интеллект в дерматологии: возможности и перспективы. Клиническая дерматология и венерология. 2024;23(3):246‑252.
Khryanin AA, Bocharova VK. Artificial intelligence in dermatology: opportunities and prospects. Russian Journal of Clinical Dermatology and Venereology. 2024;23(3):246‑252. (In Russ.)
https://doi.org/10.17116/klinderma202423031246

Рекомендуем статьи по данной теме:
Раз­ра­бот­ка прог­рам­мно­го обес­пе­че­ния на ос­но­ве ис­кусствен­но­го ин­тел­лек­та для циф­ро­вой оцен­ки ре­па­ра­тив­ной ре­ге­не­ра­ции кос­тной тка­ни. Вос­ста­но­ви­тель­ные би­отех­но­ло­гии, про­фи­лак­ти­чес­кая, циф­ро­вая и пре­дик­тив­ная ме­ди­ци­на. 2025;(1):19-24

Введение

Искусственный интеллект (ИИ) — это разработка компьютерных систем, способных выполнять задачи, обычно требующие человеческого интеллекта, такие как визуальное восприятие, распознавание речи, принятие решений и перевод с языка на язык [1]. ИИ стал неотъемлемой частью нашей повседневной жизни, проникая во все сферы человеческой деятельности (например, в медицину, транспорт, сферу услуг) [2]. Эволюция ИИ включает в себя классический ИИ, за которым следует машинное обучение (МО) [3]. В МО алгоритмы обучаются выполнению задач путем изучения данных, а не точных инструкций программирования [4]. Сейчас сфера ИИ сталкивается с эволюцией так называемого глубокого обучения — подмножества МО, которое использует структуру искусственной нейронной сети, основанной на принципе работы биологической нейронной сети [5]. В этой форме МО есть возможность использовать неограниченное количество слоев, где каждый слой в нейронной сети может быть обучен распознавать различные особенности, характерные для набора информационных данных [6]. Сверточные нейронные сети1 (СНН) — это особая форма нейронных сетей, которые доминируют в области обработки изображений [7].

Сверточная нейронная сеть состоит из полностью связанных слоев. Основной целью сверточного слоя является обнаружение отличительных визуальных особенностей, что жизненно важно для успешной обработки изображений [8]. Для того чтобы СНН могли самостоятельно распознавать эти визуальные особенности, им изначально требуется большое количество данных, на которых они будут «обучаться» [9].

В настоящее время основные достижения были достигнуты главным образом в области радиологии и кардиологии, где медицинские устройства на основе ИИ позволяют медицинским работникам совершенствовать свою медицинскую практику [10]. В радиологии алгоритмы считывания изображений на основе МО используются на снимках головного мозга для выявления кровоизлияний и инсультов для улучшения обработки изображений, а также в неотложной помощи для оценки пневмоторакса и травм. Эти алгоритмы расширяют практику радиологов, обеспечивая более быструю диагностику. Кроме того, существуют доступные алгоритмы для маммографического анализа и выявления очагов поражений. Медицинские устройства на основе ИИ в кардиологии проводят анализ электрокардиограммы для выявления нарушений сердечного ритма [10]. В области эндокринологии, в частности сахарного диабета, существуют медицинские устройства для контроля уровня глюкозы в крови с использованием систем мониторинга с предиктивными оповещениями [11], а также для выявления диабетической ретинопатии в офтальмологии [12]. Следует также упомянуть о существовании в клинической практике алгоритмов для выявления нарушений сна [10]. Более того, существуют системы здравоохранения, которые используют простые модели МО, основанные на электронных медицинских картах, для разделения госпитализированных пациентов на нуждающихся в интенсивной терапии и не нуждающихся в ней [13].

Индийские коллеги недавно опубликовали статью, в которой анализируется опыт использования технологий на основе ИИ в контексте диагностики и лечения колоректального рака [14].

Кроме того, проводятся научные исследования, посвященные внедрению технологий на основе ИИ в изучение микробиома кожи. Так, в статье T. Sun и соавт. [15] обсуждается комбинированное применение секвенирования микробного генома и МО, а также применение ИИ в диагностике кожных заболеваний, связанных с осью «кишечник—кожа». Таким образом, улучшение диагностики с помощью ИИ может свести к минимуму диагностические ошибки врачей [16].

Однако в его нынешнем виде преимущества ИИ не учитывают некоторые реальные аспекты установления клинического диагноза. Эти факторы включают фундаментальные клинические навыки, необходимые для верификации клинического диагноза, такие как сбор анамнеза и физикальное обследование, а также личное сопереживание и общение с пациентом [17].

Искусственный интеллект в дерматологии

Дерматология является областью медицины, основанной на изображениях, и сохраняет доминирующее положение в эволюции ИИ. Основным аспектом дерматологии, где ИИ продемонстрировал многообещающие результаты, является распознавание злокачественных новообразований (ЗНО) кожи [18—22]. ЗНО кожи включают немеланомный рак (базально-клеточную карциному, плоскоклеточную карциному) и меланому. Немеланомный рак — наиболее распространенный вид ЗНО кожи во всем мире, в то время как меланома является пятой по значимости причиной смерти пациентов от ЗНО кожи [23]. Основой лечения всех подтипов меланомы остается раннее ее распознавание и хирургическое удаление [24]. При этом 5-летняя выживаемость при меланоме in situ составляет 99,5% и, к сожалению, снижается до 31,9% при более глубоких стадиях инвазии меланомы [23]. Следовательно, ранняя диагностика ЗНО кожи является краеугольным камнем для улучшения показателей как смертности, так и заболеваемости.

Дерматоскопия — это неинвазивный метод визуализации, который использует поляризованный и неполяризованный свет для повышения чувствительности и специфичности диагностики ЗНО кожи [25—27]. Соответственно, большая часть исследований ИИ сосредоточена на дермоскопических изображениях для раннего выявления ЗНО кожи [18—22]. Основанием для этого является тот факт, что диагностическая точность врачей даже при использовании дерматоскопии остается сравнительно низкой [28]. Кроме того, есть 2 основные проблемы, связанные с ранней диагностикой меланомы, которые необходимо преодолеть. Во-первых, в некоторых странах доступ населения к дерматологам затруднен (пациенты не могут попасть на прием к узкому специалисту, в том числе дерматологу, без направления от терапевта или семейного врача, что значительно замедляет скорость получения консультации и снижает мотивацию пациентов) и приводит к тому, что менее 25% взрослого населения когда-либо проходили полное обследование кожного покрова у опытного дерматолога, которое позволяет выявить недиагностированные ЗНО кожи [29, 30]. Во-вторых, только 25% случаев меланомы диагностируется медицинским работником [31]. Исходя из этого, ИИ мог бы оказать неоценимую помощь в ранней оценке и диагностике ЗНО кожи.

Почему искусственный интеллект может ошибаться

За последнее десятилетие произошел прорыв в новых научных исследованиях и разработках в области ИИ. Подобная эволюция ИИ привела к бурной дискуссии в научном сообществе относительно потенциальной роли, которую мог бы сыграть ИИ [32]. Существование общедоступной базы данных (International Skin Image Collaboration Archive — ISIC) проложило дорогу к важнейшим исследованиям и стало эталонным стандартом для исследований в этой области [33]. Однако в работе с изображениями из этой базы есть некоторые сложности.

Многие научные исследования свидетельствуют, что системы ИИ чувствительны к присутствию мешающих факторов, негативно влияющих на эффективность их анализа [34—38]. Эти факторы в основном связаны с переменными, касающимися качества изображения. Искажения при увеличении изображения, посторонний «шум», поворот изображения, манипуляции с яркостью/контрастом [34], наличие линейных полос, чернильные пометки, размытые фотографии и темные углы на фото через дерматоскоп [35] — все это переменные, которые зависят от качества изображения, предоставляемого врачом. В частности, установлено, что алгоритм ИИ с большей вероятностью интерпретирует изображения с «белыми линейными полосами» как злокачественные (shiny white lines — дерматоскопические признаки, которые появляются при использовании поляризованного света и незаметны при неполяризованном свете, являющиеся характерными для меланомы) [36]. Алгоритм непреднамеренно был обучен распознавать такие находки как ЗНО кожи, поскольку изображения, представляющие собой меланому, имели такие признаки чаще, чем доброкачественные поражения [36]. В другом научном исследовании авторы установили, что любые артефакты на коже значительно препятствовали правильной диагностике невусов, увеличивая показатели вероятности меланомы и, следовательно, частоту ложноположительных результатов [37]. Наконец, в другом научном исследовании авторы демонстрируют, что диагностическая точность алгоритмов ИИ в значительной степени зависит от того, находится ли изображение в фокусе и хорошо ли оно отцентрировано [38]. Но данные предубеждения в моделях ИИ имеются только в том случае, если особое внимание не уделяется обработке входных данных и использованию необходимых стандартов [36].

Кроме того, пузырьки воздуха, волоски, фоновые кожные заболевания, поврежденная солнцем кожа и особые анатомические участки [36] являются мешающими факторами, влияющими на работу нейронных сетей, которые не могут быть устранены человеком. S.M. Swetter и соавт. [22] установили, что образования, которые обычно не сопровождаются корками (сосудистые поражения, дерматофибромы и невусы) часто неправильно классифицируются при наличии корок. Авторы утверждают, что наличие волос повлияло на неправильную классификацию актинического кератоза (36% против 56% без волос) [22]. C. Navarrete-Dechent и соавт. [38] в своем исследовании установили, что анатомическое расположение поражения играет решающую роль в работе нейронных сетей. Авторы других научных исследований [21, 39—41] указывают, что для особых анатомических участков, таких как лицо, ладони и подошвы, которые имеют различные нормальные дермоскопические признаки, необходимы более обширные и разнообразные базы данных, а также дальнейшие исследования, чтобы расширить применение ИИ в редких анатомических участках (например, в области гениталий) и повысить успешную диагностику редких подтипов ЗНО кожи (например, рака слизистой оболочки или десмопластической меланомы) [20]. С другой стороны, банально выглядящие доброкачественные кожные образования, такие как ангиомы, дерматофибромы или невусы, встречаются редко либо же вообще отсутствуют в наборах для обучения нейронной сети, что приводит к низкой эффективности алгоритмов [21]. Включение типичных доброкачественных кожных поражений позволяет избежать предвзятости при верификации и, таким образом, устранить подобные ограничения [42].

Необходимы также дополнительные исследования клинических изображений крупным планом в сочетании с дерматоскопическими изображениями, определяемыми комбинированными СНН (кСНН — сверточные нейронные сети, анализирующие как макроскопическое изображение клинической картины новообразования, так и дерматоскопическое изображение), чтобы обеспечить более точное и реалистичное представление исследуемого кожного поражения. Эти изображения крупным планом могут предоставить дополнительные данные для будущего использования ИИ в доклинических оценках [16], поскольку МО может быть настолько успешным, насколько высоко качество используемых данных.

Клинические ограничения искусственного интеллекта

Многие научные исследования признают отсутствие у ИИ учета факторов, связанных с клинической картиной конкретного пациента, таких как возраст, пол, степень повреждения солнечными лучами, анатомическое расположение, а также личный и семейный анамнез [42—44].

В клинических условиях дерматологи проводят полной осмотр кожи тела, опираясь не только на дерматоскопическую картину каждого отдельного невуса или новообразования, но и учитывая «общую картину». Так, например, проводится выявление такого макроскопического признака, как «гадкий утенок» (невус, выделяющийся на фоне остальных у данного пациента) [45], или признака «красной шапочки» (невуса, выглядящего доброкачественным, но отличающегося от остальных у данного пациента) [46]. То есть врач благодаря комплексной оценке и клиническому мышлению может выявить преобладающие дерматоскопические признаки у невусов конкретного пациента и тем самым скорректировать свой прогноз и тактику относительно одного конкретного невуса. ИИ, в свою очередь, не обладает в данный момент способностью оценивать картину в целом, т.е. ИИ анализирует каждый невус отдельно от «общей картины», что может привести к гипердиагностике ЗНО [46, 47].

Безусловно, это повышает чувствительность и специфичность, но требует более целостного подхода [42]. Кроме того, в экспериментальном проекте установлено, что дерматоскопия in vivo по своей сути лучше, чем в искусственных условиях, основанных исключительно на цифровых изображениях [48].

Наконец, пока неизвестно, могут ли все эти усилия по раннему выявлению ЗНО кожи принести больше пользы, чем вреда. Дилемма определяется двумя основными проблемами, связанными с выявлением меланоцитарных опухолей на ранней стадии, которые имеют неопределенный злокачественный потенциал [49] и чрезмерным выявлением немеланомных ЗНО кожи у пожилых пациентов. Это может привести к негативному психологическому воздействию на пациентов с ранними стадиями меланомы [50] и избыточным хирургическим иссечениям в отношении немеланомных ЗНО кожи у пациентов с короткой продолжительностью жизни, что делает сомнительной пользу таких хирургических иссечений [51].

Стратегии преодоления ограничений

Для того чтобы ИИ стал инструментом, на который любой практикующий врач мог опираться, необходимо расширить учебные наборы нейронных сетей, на которых происходит «обучение» этих нейронных сетей. В таких наборах должно быть отражено разнообразие населения в целом (люди разных национальностей, разных цветов кожи, разных возрастов, с различными сопутствующими дерматозами и фоновыми состояниями кожи и т.д.). Сейчас большинство алгоритмов обучаются на пациентах либо европеоидной, либо азиатской национальности [9, 38, 40, 52], но ранний скрининг пациентов других национальностей (например, афроамериканской) мог бы быть более полезным, поскольку дал бы информацию о более запущенных формах заболевания и более низких показателях выживаемости из-за задержек в диагностике в этой популяции [53]. Алгоритмы, как правило, работают неэффективно, когда им предоставляются данные из разных групп населения, которые не включены в набор данных. Это подчеркивает необходимость обучения одному и тому же алгоритму на более широком спектре изображений разных этнических групп [52]. Клинические изображения крупным планом также могут быть использованы для более качественного обучения нейронных сетей [54]. Макроскопическое исследование поражения является первым подходом для клинициста, который принимает решение о том, приступать к дерматоскопии или нет. Комбинация клинического и дермоскопического анализа изображений, как уже упоминалось, называется комбинированной сверточной нейронной сетью (кСНН) и, вероятно, станет преобладающей точкой отсчета в будущих исследованиях.

Прецизионная медицина — это практика персонализированной медицины. Персонализация пациентов на основе генетических, биомаркерных, фенотипических и психосоциальных характеристик направлена на то, чтобы обеспечить рациональное лечение [55]. Поскольку МО обладает возможностью неограниченного хранения данных, то такая информация о пациентах может быть сохранена и проанализирована в алгоритмах ИИ для получения целостного прогнозирующего результата и достижения наилучших клинических результатов [55]. Этот подход направлен на раннее выявление меланомы у пациентов, в том числе с высоким риском развития ЗНО кожи, и сводит к минимуму гипердиагностику [56, 57].

Заключение

Искусственный интеллект становится самой обсуждаемой технологией в мире. МО играет огромную роль в дерматологии и выявлении ЗНО кожи. Возможности, которые открываются перед специалистами уже сегодня, безграничны, начиная от автоматизированной классификации ЗНО кожи с помощью СНН, автоматизированной фотосъемки кожи всего тела и последовательной цифровой дерматоскопии. Однако даже самые современные из этих систем по-прежнему демонстрируют внутренние искажения и нуждаются в больших и разнообразных базах данных для оптимизации своей производительности.

Базы данных изображений, включение метаданных и изображений крупным планом помогут устранить существующие ограничения для будущих научных исследований. Помимо этого, роль клинициста, особенно у онкологических пациентов, остается основополагающей.

Наконец, научное сообщество должно отдавать предпочтение исследованиям, способствующим сотрудничеству человека с ИИ, вместо того чтобы рассматривать их как оппонентов. Так, в нескольких научных исследованиях авторами доказано, что когда установление диагноза врачом поддерживается алгоритмом ИИ, то точность диагностики значительно повышается по сравнению с результатами работы отдельно как ИИ, так и только специалиста [18, 58, 59].

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

1Сверточная нейронная сеть - тип искусственной нейронной сети, используемой в распознавании и обработке изображений, которая специально предназначена для обработки пиксельных данных.

Литература / References:

  1. Artificial Intelligence. Oxford Dictionary.
  2. Vermesan O, Eisenhauer M, Sundmaeker H, et al. Internet of things cognitive transformation technology research trends and applications. Cognitive Hyperconnected Digital Transformation, June 2017;20-25.  https://doi.org/10.1201/9781003337584-3
  3. Bini SA. Artificial intelligence, machine learning, deep learning, and cognitive computing: what do these terms mean and how will they impact health care? J Arthroplast. 2018;33(8):2358-2361. https://doi.org/10.1016/j.arth.2018.02.067
  4. Erickson BJ, Korfiatis P, Akkus Z, Kline TL. Machine learning for medical imaging. Radiographics. 2017;37(2):505-515.  https://doi.org/10.1148/rg.2017160130
  5. Hogarty DT, Mackey DA, Hewitt AW. Current state and future prospects of artificial intelligence in ophthalmology: a review. Clin Exp Ophthalmol. 2019; 47(1):128-139.  https://doi.org/10.1111/ceo.13381
  6. Hogarty DT, Su JC, Phan K, et al. Artificial intelligence in dermatology — where we are and the way to the future: a review. Am J Clin Dermatol. 2020; 21(1):41-47.  https://doi.org/10.1007/s40257-019-00462-6
  7. Krizhevsky A, Sutskever I, Hinton GE. ImageNet classification with deep convolutional neural networks. Communications of the ACM. June 2017; 60(6):84-90.  https://doi.org/10.1145/3065386
  8. Lee JG, Jun S, Cho YW, et al. Deep learning in medical imaging: General overview. Korean J Radiol. 2017;18(4):570-584.  https://doi.org/10.3348/kjr.2017.18.4.570
  9. Tschandl P. Artificial intelligence for melanoma diagnosis. Ital J Dermatol Venereol. 2021;156(3):289-299.  https://doi.org/10.23736/S2784-8671.20.06753-X
  10. Benjamens S, Dhunnoo P, Meskó B. The state of artificial intelligence-based FDA-approved medical devices and algorithms: an online database. NPJ Digit Med. 2020;3:118.  https://doi.org/10.1038/s41746-020-00324-0
  11. Abraham SB, Arunachalam S, Zhong A, et al. Improved real-world glycemic control with continuous glucose monitoring system predictive alerts. J Diabetes Sci Technol. 2019;15(1):91-97.  https://doi.org/10.1177/1932296819859334
  12. van der Heijden AA, Abramoff MD, Verbraak F, et al. Validation of automated screening for referable diabetic retinopathy with the IDx-DR device in the Hoorn Diabetes Care System. Acta Ophthalmol. 2018;96(1):63-68.  https://doi.org/10.1111/aos.13613
  13. Escobar GJ, Turk BJ, Ragins A, et al. Piloting electronic medical record-based early detection of inpatient deterioration in community hospitals. J Hosp Med. 2016;11:S18-S24.  https://doi.org/10.1002/jhm.2652
  14. Singh G. Artificial intelligence in colorectal cancer: a review. Siberian Journal of Oncology. 2023;22(3):99-107.  https://doi.org/10.21294/1814-4861-2023-22-3-99-107
  15. Sun T, Niu X, He Q, et al. Artificial Intelligence in microbiomes analysis: A review of applications in dermatology. Front Microbiol. 2023 Feb 1;14: 1112010. https://doi.org/10.3389/fmicb.2023.1112010
  16. Rajkomar A, Dean J, Kohane I. Machine learning in medicine. N Engl J Med. 2019;380(14):1347-1358. https://doi.org/10.1056/nejmra1814259
  17. Kulkarni PA, Singh H. Artificial Intelligence in Clinical Diagnosis: Opportunities, Challenges, and Hype. JAMA. Published online. 2023;330(4): 317-318.  https://doi.org/10.1001/jama.2023.11440
  18. Tschandl P, Rinner C, Apalla Z, et al. Human—computer collaboration for skin cancer recognition. Nat Med. 2020;26(8):1229-1234. https://doi.org/10.1038/s41591-020-0942-0
  19. Esteva A, Kuprel B, Novoa RA, et al. Dermatologist-level classification of skin cancer with deep neural networks. Nature. 2017;542(7639):115-118.  https://doi.org/10.1038/nature21056
  20. Haggenmüller S, Maron RC, Hekler A, et al. Skin cancer classification via convolutional neural networks: systematic review of studies involving human experts. Eur J Cancer. 2021;156:202-216.  https://doi.org/10.1016/j.ejca.2021.06.049
  21. Tschandl P, Rosendahl C, Akay BN, et al. Expert-level diagnosis of nonpigmented skin cancer by combined convolutional neural networks. JAMA Dermatol. 2019;155(1):58-65.  https://doi.org/10.1001/jamadermatol.2018.4378
  22. Combalia M, Codella N, Rotemberg V, et al. Validation of artificial intelligence prediction models for skin cancer diagnosis using dermoscopy images: the 2019 International Skin Imaging Collaboration Grand Challenge. Lancet Digit Health. 2022;4(5):e330-e339. https://doi.org/10.1016/S2589-7500(22)00021-8
  23. National Cancer Institute Melanoma of the Skin-Cancer Stat Facts. Published May 2022. Accessed 18 May 2022.
  24. Swetter SM, Tsao H, Bichakjian CK, et al. Guidelines of care for the management of primary cutaneous melanoma. J Am Acad Dermatol. 2019;80(1): 208-250.  https://doi.org/10.1016/j.jaad.2018.08.055
  25. Pan Y, Gareau DS, Scope A, et al. Polarized and nonpolarized dermoscopy: the explanation for the observed differences. Arch Dermatol. 2008;144(6): 828-829.  https://doi.org/10.1001/archderm.144.6.828
  26. Pehamberger H, Steiner A, Wolff K. In vivo epiluminescence microscopy of pigmented skin lesions. I. Pattern analysis of pigmented skin lesions. J Am Acad Dermatol. 1987;17(4):571-583.  https://doi.org/10.1016/S0190-9622(87)70239-4
  27. Kittler H, Pehamberger H, Wolff K, Binder M. Diagnostic accuracy of dermoscopy. Lancet Oncol. 2002;3(3):159-165.  https://doi.org/10.1016/S1470-2045(02)00679-4
  28. Argenziano G, Cerroni L, Zalaudek I, et al. Accuracy in melanoma detection: a 10-year multicenter survey. J Am Acad Dermatol. 2012;67(1):54-59.  https://doi.org/10.1016/j.jaad.2011.07.019
  29. Jiang A, Jefferson IS, Robinson SK, et al. Skin cancer discovery during total body skin examinations. Int J Womens Dermatol. 2021;7(4):411-414.  https://doi.org/10.1016/j.ijwd.2021.05.005
  30. Argenziano G, Zalaudek I, Hofmann-Wellenhof R, et al. Total body skin examination for skin cancer screening in patients with focused symptoms. J Am Acad Dermatol. 2012;66(2):212-219.  https://doi.org/10.1016/j.jaad.2010.12.039
  31. Avilés-Izquierdo JA, Molina-López I, Rodríguez-Lomba E, et al. Who detects melanoma? Impact of detection patterns on characteristics and prognosis of patients with melanoma. J Am Acad Dermatol. 2016;75(5):967-974.  https://doi.org/10.1016/j.jaad.2016.07.009
  32. Scheetz J, Rothschild P, McGuinness M, et al. A survey of clinicians on the use of artificial intelligence in ophthalmology, dermatology, radiology and radiation oncology. Sci Rep. 2021;51:93.  https://doi.org/10.1038/s41598-021-84698-5
  33. International Skin Imaging Collaboration (ISIC) Archive.
  34. Navarrete-Dechent C, Dusza SW, Liopyris K, et al. Automated dermatological diagnosis: hype or reality? J Investig Dermatol. 2018;138(10):2277-2279. https://doi.org/10.1016/j.jid.2018.04.040
  35. Okur E, Turkan M. A survey on automated melanoma detection. Eng Appl Artif Intell. 2018;73:50-67.  https://doi.org/10.1016/j.engappai.2018.04.028
  36. Narla A, Kuprel B, Sarin K, et al. Automated classification of skin lesions: from pixels to practice. J Investig Dermatol. 2018;138(10):2108-2110. https://doi.org/10.1016/j.jid.2018.06.175
  37. Winkler JK, Fink C, Toberer F, et al. Association between surgical skin markings in dermoscopic images and diagnostic performance of a deep learning convolutional neural network for melanoma recognition. JAMA Dermatol. 2019;155(10):1135-1141. https://doi.org/10.1001/jamadermatol.2019.1735
  38. Navarrete-Dechent C, Liopyris K, Marchetti MA. Multiclass artificial intelligence in dermatology: progress but still room for improvement. J Investig Dermatol. 2021;141(5):1325-1328. https://doi.org/10.1016/j.jid.2020.06.040
  39. Haenssle HA, Winkler JK, Fink C, et al. Skin lesions of face and scalp—classification by a market-approved convolutional neural network in comparison with 64 dermatologists. Eur J Cancer. 2021;144:192-199.  https://doi.org/10.1016/j.ejca.2020.11.034
  40. Yu C, Yang S, Kim W, et al. Acral melanoma detection using a convolutional neural network for dermoscopy images. PLoS One. 2018;13(4):e0196621. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0193321
  41. Abbas Q, Ramzan F, Ghani MU. Acral melanoma detection using dermoscopic images and convolutional neural networks. Vis Comput Ind Biomed Art. 2021;25: without pages. https://doi.org/10.1186/s42492-021-00091-z
  42. Tschandl P, Codella N, Akay BN, et al. Comparison of the accuracy of human readers versus machine-learning algorithms for pigmented skin lesion classification: an open, web-based, international, diagnostic study. Lancet Oncol. 2019;20(7):938-947.  https://doi.org/10.1016/S1470-2045(19)30333-X
  43. Adamson AS, Smith A. Machine learning and health care disparities in dermatology. JAMA Dermatol. 2018;154(11):1247-1248. https://doi.org/10.1001/jamadermatol.2018.2348
  44. Chartrand G, Cheng PM, Vorontsov E, et al. Deep learning: a primer for radiologists. Radiographics. 2017;37(7):2113-2131. https://doi.org/10.1148/rg.2017170077
  45. Gaudy-Marqueste C, Wazaefi Y, Bruneu Y, et al. Ugly duckling sign as a major factor of efficiency in melanoma detection. JAMA Dermatol. 2017;153(4): 279-284.  https://doi.org/10.1001/jamadermatol.2016.5500
  46. Mascaro JM. The dermatologist’s position concerning nevi: a vision ranging from «the ugly duckling» to «“little red riding hood» Arch Dermatol. 1998;134(11):1484-1485.
  47. Zalaudek I, Docimo G, Argenziano G. Using dermoscopic criteria and patient-related factors for the management of pigmented melanocytic nevi. Arch Dermatol. 2009;145(7):816-826.  https://doi.org/10.1001/archdermatol.2009.115
  48. Carli P, De Giorgi V, Argenziano G, et al. Pre-operative diagnosis of pigmented skin lesions: in vivo dermoscopy performs better than dermoscopy on photographic images. J Eur Acad Dermatol Venereol. 2002;16(4):339-346.  https://doi.org/10.1046/j.1468-3083.2002.00470.x
  49. Kutzner H, Jutzi TB, Krahl D, et al. Overdiagnosis of melanoma—causes, consequences and solutions. JDDG J German Soc Dermatol. 2020;18(11): 1236-1243. https://doi.org/10.1111/ddg.14233
  50. Bell KJL, Mehta Y, Turner RM, et al. Fear of new or recurrent melanoma after treatment for localised melanoma. Psychooncology. 2017;26(11): 1784-1791. https://doi.org/10.1002/pon.4366
  51. Linos E, Parvataneni R, Stuart SE, et al. Treatment of nonfatal conditions at the end of life: nonmelanoma skin cancer. JAMA Intern Med. 2013;173(11): 1006-1012. https://doi.org/10.1001/jamainternmed.2013.639
  52. Han SS, Kim MS, Lim W, et al. Classification of the clinical images for benign and malignant cutaneous tumors using a deep learning algorithm. J Investig Dermatol. 2018;138(7):1529-1538. https://doi.org/10.1016/j.jid.2018.01.028
  53. Ward-Peterson M, Acuña JM, Alkhalifah MK, et al. Association Between Race/Ethnicity and Survival of Melanoma Patients in the United States Over 3 Decades: A Secondary Analysis of SEER Data. Medicine (Baltimore). 2016;95(17):e3315. https://doi.org/10.1097/MD.0000000000003315
  54. Yap J, Yolland W, Tschandl P. Multimodal skin lesion classification using deep learning. Exp Dermatol. 2018;27(11):1261-1267. https://doi.org/10.1111/exd.13777
  55. Jameson JL, Longo DL. Precision medicine--personalized, problematic, and promising. N Engl J Med. 2015;372(23):2229-2234. https://doi.org/10.1056/NEJMsb1503104
  56. Lee KJ, Betz-Stablein B, Stark MS, et al. The Future of Precision Prevention for Advanced Melanoma. Front Med (Lausanne). 2022 Jan 17;8:818096. https://doi.org/10.3389/fmed.2021.818096
  57. Smithers BM, Dunn J, Soyer HP. Whither melanoma in Australia? Med J Aust. 2017;207(8):330-331.  https://doi.org/10.5694/mja17.00740
  58. Marchetti MA, Codella NCF, Dusza SW, et al. Results of the 2016 international skin imaging collaboration international symposium on biomedical imaging challenge: comparison of the accuracy of computer algorithms to dermatologists for the diagnosis of melanoma from dermoscopic images. J Am Acad Dermatol. 2018;78:270-277.e1.  https://doi.org/10.1016/j.jaad.2017.08.016
  59. Han SS, Park I, Eun Chang S, et al. Augmented intelligence dermatology: deep neural networks empower medical professionals in diagnosing skin cancer and predicting treatment options for 134 skin disorders. J Investig Dermatol. 2020;140(9):1753-1761. https://doi.org/10.1016/j.jid.2020.01.019

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо со ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail

Мы используем файлы cооkies для улучшения работы сайта. Оставаясь на нашем сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cооkies. Чтобы ознакомиться с нашими Положениями о конфиденциальности и об использовании файлов cookie, нажмите здесь.