Попович М.В.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Концевая А.В.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Лопатина М.В.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Зиновьева В.А.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Усова Е.В.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Куценко В.А.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Филичкина Е.М.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Яровая Е.Б.

ФГБОУ ВО «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова»

Баланова Ю.А.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Имаева А.Э.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России

Драпкина О.М.

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Минздрава России;
ФГБОУ ВО «Московский государственный медико-стоматологический университет им. А.И. Евдокимова» Минздрава России

Анализ инфраструктуры для физической активности населения и ее ассоциации с ожирением

Авторы:

Попович М.В., Концевая А.В., Лопатина М.В., Зиновьева В.А., Усова Е.В., Куценко В.А., Филичкина Е.М., Яровая Е.Б., Баланова Ю.А., Имаева А.Э., Драпкина О.М.

Подробнее об авторах

Просмотров: 175

Загрузок: 8


Как цитировать:

Попович М.В., Концевая А.В., Лопатина М.В., и др. Анализ инфраструктуры для физической активности населения и ее ассоциации с ожирением. Профилактическая медицина. 2025;28(3):46‑52.
Popovich MV, Kontsevaya AV, Lopatina MV, et al. Analysis of the infrastructure for physical activity of the population and its association with obesity. Russian Journal of Preventive Medicine. 2025;28(3):46‑52. (In Russ.)
https://doi.org/10.17116/profmed20252803146

Рекомендуем статьи по данной теме:
Рас­простра­нен­ность фак­то­ров рис­ка раз­ви­тия сер­деч­но-со­су­дис­тых за­бо­ле­ва­ний у школь­ни­ков г. Ма­га­да­на. Про­фи­лак­ти­чес­кая ме­ди­ци­на. 2024;(3):39-44
Осо­бен­нос­ти фор­ми­ро­ва­ния али­мен­тар­но-обус­лов­лен­ных рис­ков здо­ровью у лиц, при­дер­жи­ва­ющих­ся тра­ди­ци­он­но­го и ве­ге­та­ри­ан­ско­го ти­пов пи­та­ния. Про­фи­лак­ти­чес­кая ме­ди­ци­на. 2024;(4):38-44
Осо­бен­нос­ти ожи­ре­ния у мо­ло­дых лю­дей. Про­фи­лак­ти­чес­кая ме­ди­ци­на. 2024;(4):109-115
Вза­имос­вязь стрес­са и ожи­ре­ния. Про­фи­лак­ти­чес­кая ме­ди­ци­на. 2024;(5):123-127
Сос­то­яние со­су­дис­той стен­ки и уро­вень мо­че­вой кис­ло­ты у муж­чин с низ­ким и уме­рен­ным сер­деч­но-со­су­дис­тым рис­ком в за­ви­си­мос­ти от ин­дек­са мас­сы те­ла. Про­фи­лак­ти­чес­кая ме­ди­ци­на. 2024;(8):66-72
Кли­ни­чес­кие пос­ледствия сар­ко­пе­ни­чес­ко­го ожи­ре­ния. Часть 1. Неал­ко­голь­ная жи­ро­вая бо­лезнь пе­че­ни, са­хар­ный ди­абет 2-го ти­па, хро­ни­чес­кая бо­лезнь по­чек. Про­фи­лак­ти­чес­кая ме­ди­ци­на. 2024;(8):114-120
Пеп­ти­ды опиоид­ной сис­те­мы в ре­гу­ля­ции пи­ще­во­го по­ве­де­ния и ап­пе­ти­та. (Об­зор ли­те­ра­ту­ры). До­ка­за­тель­ная гас­тро­эн­те­ро­ло­гия. 2024;(1):79-85
При­ме­не­ние мор­фи­на для эпи­ду­раль­ной аналь­ге­зии у па­ци­ен­тов с ожи­ре­ни­ем и син­дро­мом обструк­тив­но­го сон­но­го ап­ноэ пос­ле ар­троп­лас­ти­ки ко­лен­но­го сус­та­ва. Анес­те­зи­оло­гия и ре­ани­ма­то­ло­гия. 2024;(3):30-34
Мо­че­вая кис­ло­та сы­во­рот­ки кро­ви — ме­та­бо­ли­чес­кий мар­кер не­ал­ко­голь­ной жи­ро­вой бо­лез­ни пе­че­ни. До­ка­за­тель­ная гас­тро­эн­те­ро­ло­гия. 2024;(2):36-42
Су­деб­но-ме­ди­цин­ская ха­рак­те­рис­ти­ка слу­ча­ев вне­зап­ной смер­ти лиц с ме­та­бо­ли­чес­ким син­дро­мом. Су­деб­но-ме­ди­цин­ская эк­спер­ти­за. 2024;(4):54-57

Введение

Вопросы снижения распространенности недостаточной физической активности населения как одного из основных факторов риска хронических неинфекционных заболеваний остаются актуальными и решаются на национальном, региональном и муниципальном уровнях. Федеральные проекты «Спорт — норма жизни» [1] и «Укрепление общественного здоровья» [2], а также инициатива «Формирование комфортной городской среды» в процессе реализации Национального проекта «Жилье и городская среда» [3], Федеральный проект «Развитие массового спорта и физкультуры» [4] направлены на создание условий для занятий физической культурой и спортом. Предусмотрено строительство новых и реконструкция существующих спортивных объектов (СО), в том числе для занятий массовыми видами спорта, облагораживание городских, дворовых, парковых территорий, повышение тем самым их доступности, безопасности и привлекательности для населения, чтобы выбор в пользу активного образа жизни у населения был более легким и осознанным.

Формирование социально-комфортной среды проживания имеет большое значение для уменьшения рисков здоровью проживающего населения. Результаты многих зарубежных исследований, посвященных оценке городской инфраструктуры, свидетельствуют о значительном влиянии элементов окружающей среды на здоровье проживающего населения: застройки, транспорт, дизайн улиц, общественные пространства, а также доступ к таким ресурсам инфраструктуры, как здоровое питание, зоны для отдыха и места для физической активности [5].

Согласно данным обзоров и метаанализов, выявлена достоверная положительная ассоциация между наличием условий для занятий спортом в пешей доступности и уровнем физической активности [6].

В Российской Федерации такая работа по оценке влияния муниципальной инфраструктуры на поведенческие факторы риска проводилась впервые. Ранее опубликованы результаты анализа ассоциаций муниципальной инфраструктуры с потреблением овощей и фруктов, алкоголя и табака [7—10].

Цель исследования — изучить доступность СО муниципальной инфраструктуры и ее ассоциации с уровнем физической активности и наличием ожирения у проживающего населения.

Материалы и методы

В процессе выполнения государственного задания проведено наблюдательное исследование по оценке влияющей на здоровье инфраструктуры и анализ ее ассоциаций с образом жизни населения городов, расположенных в трех субъектах Российской Федерации (Тверская область, Архангельская область, Свердловская область).

Данные собраны с января по март 2022 г. в трех территориальных округах Архангельска, в трех районах Твери, в трех районах Екатеринбурга и в г. Ревда (Свердловской области), которые являлись территориями проживания наибольшего числа участников исследования ЭССЕ-РФ3.

ЭССЕ-РФ3 — многоцентровое эпидемиологическое исследование «Эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний и их факторов риска в регионах Российской Федерации», в рамках которого собраны данные о распространенности биологических и поведенческих факторов риска ХНИЗ, в том числе о распространенности низкой физической активности и ожирения у участников, проживающих на изучаемых городских территориях [10]. Характеристика городских территорий, включенных в исследование, представлена в табл. 1.

Таблица 1. Характеристика городских территорий, включенных в исследование

Изучаемые городские территории

Площадь (км2)

Население (n)

Число проживающих участников ЭССЕ-РФ3 (n)

Тверь

Заволжский район

68,7

146 880

622

Пролетарский район

32,2

96 124

465

Центральный район

6,9

51 501

336

Архангельск

Октябрьский округ

31,9

80 650

565

Ломоносовский округ

11,0

74 500

498

Округ Майская горка

19,4

46 383

360

Екатеринбург и Ревда

Ленинский район

27,0

152 784

320

Железнодорожный район

35,3

157 058

282

Чкаловский район

36,0

50 000

193

Ревда

34,0

60 761

281

Методология исследования по оценке фактической муниципальной инфраструктуры с использованием разработанного в рамках государственного задания специального программного обеспечения апробирована во время проведения пилотного исследования на указанных городских территориях — Екатеринбурге и Ревде, результаты опубликованы ранее [11, 12]. Специальное программное обеспечение позволяет исследователям в режиме реального времени фиксировать изучаемые объекты с целью последующего создания актуальных интерактивных карт муниципалитетов с обозначенными на них объектами и проведения анализа.

При выполнении оценки доступности спортивной муниципальной инфраструктуры в соответствии с целями исследования изучены следующие объекты для физической активности: бассейны, воркауты, скверы, парковые зоны, бульвары с возможностями для занятий физической активностью, спортивные залы, спортивные/ледовые коробки, стадионы, физкультурно-оздоровительные комплексы, фитнес-клубы.

Статистическая обработка. Для изучения ассоциаций объектов спортивной муниципальной инфраструктуры с уровнем физической активности и наличием ожирения у населения выбраны следующие параметры: количество СО в радиусе 1000 м от места проживания участников ЭССЕ-РФ3, количество СО в радиусе 400 м от места проживания участников ЭССЕ-РФ3, минимальное расстояние до СО от места проживания участников ЭССЕ-РФ3. Спортивные объекты разделены на находящиеся внутри и вне помещения.

Анализ ассоциации набора факторов и зависимой бинарной переменной проведен с применением логистической регрессии. В качестве бинарной переменной рассматривалось наличие ожирения. В модели в качестве ковариат включены возраст и пол. Для того чтобы отношение шансов показывало увеличение шансов наличия фактора риска при росте количества СО или расстояния до СО, количество СО и расстояния до них включены в анализ после применения логарифмирования по основанию 2. Уровень значимости для всех проверяемых гипотез принят равным 0,05.

Результаты и обсуждение

По результатам оценки, всего зафиксировано СО: в Архангельске — 210, в Екатеринбурге и Ревде — 167, в Твери — 116 (табл. 2).

Таблица 2. Количество спортивных объектов в пилотных муниципалитетах

Тип объекта

Архангельск

Екатеринбург, Ревда

Тверь

N

%

N

%

N

%

Спортивные объекты, в том числе

210

100

167

100

116

100

бассейны

6

2,9

3

1,8

8

6,9

воркауты**

43

20,5

48

28,7

8

6,9

скверы, парковые зоны, бульвары с возможностями для занятий физической активностью**

7

3,3

17

10,2

33

28,4

спортивные залы**

44

21,0

9

5,4

9

7,8

спортивные/ледовые коробки**

42

20,0

44

26,3

4

3,4

стадионы**

3

1,4

12

7,2

23

19,8

физкультурно-оздоровительные комплексы*

38

18,1

15

9,0

14

12,1

фитнес-клубы

27

12,9

19

11,4

17

14,7

Примечание. * — p<0,05; ** — p<0,001 для различий в распространенности объекта между регионами.

Для проведения анализа физической доступности СО в пилотных муниципалитетах и выявления ассоциации низкой физической активности с параметрами СО все изучаемые СО сгруппированы по признаку «внутренние СО/внешние СО» по отношению к открытому пространству:

— внутренние СО: спортивные залы, бассейны, физкультурно-оздоровительные комплексы, фитнес-клубы;

— внешние СО: воркауты, скверы, парковые зоны, бульвары с возможностями для физической активности, спортивные/ледовые коробки, стадионы.

Кроме того, определены следующие переменные (табл. 3):

Таблица 3. Характеристика спортивных объектов пилотных муниципалитетов

Переменная

Архангельск

Екатеринбург, Ревда

Тверь

Во всей выборке

Количество спортивных объектов (СО) в радиусе 1000 м от места проживания участников ЭССЕ-РФ3

Все СО**

31 [13; 43]

6 [3; 12]

9 [5; 16]

13 [6; 26]

Внутренние СО**

19 [10; 26]

2 [1; 4]

4 [2; 6]

5 [2; 13]

Внешние СО**

12 [3; 17]

5 [2; 8]

5 [2; 9]

5 [3; 12]

Количество СО в радиусе 400 м от места проживания участников ЭССЕ-РФ3

Все СО**

5 [2; 9]

1 [0; 3]

2 [1; 5]

3 [1; 6]

Внутренние СО**

3 [1; 6]

0 [0; 1]

1 [0; 2]

1 [0; 3]

Внешние СО**

2 [0; 3]

1 [0; 2]

1 [0; 2]

1 [0; 2]

Минимальное расстояние до СО от места проживания участников ЭССЕ-РФ3

Все СО**

491 [340; 812]

998 [619; 1434]

624 [451; 053]

606 [406; 1013]

Внутренние СО**

213 [132; 333]

611 [292; 996]

308 [234; 560]

297 [175; 539]

Внешние СО**

266 [152; 424]

390 [202; 602]

279 [166; 618]

288 [168; 537]

Примечание. Данные представлены в виде Me [Q25; Q75]. * — p<0,05; ** — p<0,001 для различий в распределении переменной между регионами.

— количество СО в радиусе 1000 м от места проживания участников ЭССЕ-РФ3;

— количество СО в радиусе 400 м от места проживания участников ЭССЕ-РФ3;

— минимальное расстояние до СО от места проживания участников ЭССЕ-РФ3.

Доступность СО в целом и по группам внутренние/внешние СО в радиусе 400 м от места проживания участника ЭССЕ-РФ3 варьирует от 1—2 в муниципалитетах Твери, Екатеринбурге и Ревде до 5 в Архангельске. В радиусе 1000 м — от 9 в Твери до 31 в Архангельске. Наибольшее количество СО, расположенных в радиусе 1000 и 400 м, и, соответственно, наименьшие минимальные расстояния до СО обнаружены в Архангельской области, что свидетельствует о наибольшей плотности СО в целом и их доступности для проживающего населения.

В ходе исследования оценены СО пилотных муниципалитетов, количество и виды которых отличались в пилотных регионах, по-видимому, из-за различий климатических зон, региональных/муниципальных условий и возможностей, в том числе площади обследуемых территорий. Так, в Архангельске в выбранных муниципалитетах в целом зафиксировано больше СО — 210 и их плотность — 3,4 на км2, в Екатеринбурге и Твери: 167 (1,3 на км2) и 116 (1,1 на км2) соответственно. Такая же тенденция выявлена при оценке количества СО в радиусе 400 и 1000 м от места проживания респондентов пилотных муниципалитетов — участников ЭССЕ-РФ3.

Большое значение для укрепления здоровья человека в городе имеет такой ресурс, как наличие зеленых территорий: общественных садов и парков, открытых пространств с пешеходными и велосипедными дорожками, что способствует повышению физической активности горожан [13—15]. В выбранных муниципалитетах Архангельска (умеренный климатический пояс) ожидаемо больше внутренних СО, в Твери, Екатеринбурге и Ревде (умеренно-континентальный) — больше внешних СО, таких как: стадионы, скверы, парковые зоны, бульвары с возможностями для физической активности на открытом пространстве. В то же время наибольшее количество в Архангельске и Екатеринбурге воркаутов и ледовых коробок, предназначенных для физической активности на открытом пространстве, может быть объяснено местными условиями и возможностями.

Обеспеченность граждан СО регламентируется приказом Минспорта России от 25 сентября 2020 г. №718 [16], однако нормативы обеспеченности граждан СО на 100 000 населения не могут быть здесь применены, поскольку, с одной стороны, возможно, ведомственные или другие СО могли быть недоступны для фиксации исследователями, а с другой — согласно целям государственного задания, исследование проводилось не во всех муниципалитетах обозначенных городов. Это не позволяет сделать заключение об обеспеченности жителей условиями для физической активности в соответствии с указанными нормативами и экстраполировать данные, полученные в 3—4 пилотных муниципалитетах, на весь город.

С целью выявления ассоциаций уровня физической активности с параметрами СО пилотных муниципалитетов в качестве признака выбрана «низкая физическая активность», которая рассчитывалась на основании результатов оценки уровней физической активности респондентов — участников ЭССЕ-РФ3, проживающих в пилотных муниципалитетах. Уровень физической активности считался низким, если находился ниже рекомендуемого минимального уровня, составляющего для взрослых 150 мин умеренной или 75 мин интенсивной аэробной физической нагрузки в неделю (рис. 1).

Рис. 1. Распространенность низкой физической активности в пилотных муниципалитетах по данным ЭССЕ-РФ3.

Показатели низкой физической активности населения, проживающего в пилотных муниципалитетах, в целом ниже среднероссийских показателей [17, 18], и наименьшее число респондентов с низким уровнем физической активности отмечается в Архангельской области, в которой при этом выявлена наибольшая плотность СО.

Анализ ассоциации низкой физической активности с параметрами СО проводили в отдельности для каждого города. По результатам исследования нами не обнаружены ассоциации между уровнем физической активности проживающих в пилотных муниципалитетах респондентов ни с одним из заданных в нашем анализе параметров СО ни в одном из субъектов — участников исследования.

Однако надо принимать во внимание, что оценка уровня физической активности респондентов, проводимая в ЭССЕ-РФ3 согласно инструменту ВОЗ [19], была комплексной и включала движение в течение дня: на рабочем месте, в свободное время, в том числе посещение СО, и не только по месту жительства, а также онлайн-тренировки, ставшие очень популярными в период пандемии, которые не могли быть учтены. Это свидетельствует о целесообразности продолжения исследования с набором переменных, не вошедших в настоящий анализ.

Интересно, что, по данным зарубежных исследований, сила ассоциации физической активности респондентов и инфраструктуры районов их проживания была больше для конкретных периодов времени [20] по сравнению со средними (т.е. по всем дням недели и в течение суток) ежедневными значениями общей физической активности [21].

Кроме того, доступность СО в районе проживания ассоциировалась с физической активностью только в определенное время дня, в то время как при анализе среднего уровня физической активности ассоциаций не наблюдалось. Это дает основание сделать заключение, что углубленный анализ уровня физической активности респондентов в разные периоды времени суток и дни недели показывает результаты, которые ближе к «истинным» эффектам воздействия параметров инфраструктуры на уровень физической активности населения.

Между тем нами выявлены ассоциации между параметрами СО Архангельска и частотой ожирения проживающего в нем населения (рис. 2).

Рис. 2. Ассоциации ожирения с параметрами спортивных объектов пилотных муниципалитетов в Архангельске.

ОШ — отношение шансов.

Чем дальше были спортивные объекты и чем меньше их в районе проживания человека, тем выше была вероятность развития ожирения у проживающего населения, что согласуется с зарубежными исследованиями [22—24] и является предметом дальнейшего изучения.

К ограничениям настоящего исследования следует отнести близкие, но тем не менее разные периоды проведения исследования по оценке инфраструктуры (2022 г.) и ЭССЕ-РФ3 (2021 г.), данные которых сопоставлялись при проведении анализа ассоциаций. Ограничением также является невозможность учета искусственных и естественных преград при оценке расстояния между изучаемыми объектами инфраструктуры и адресами участников ЭССЕ-РФ3, проводимого с использованием метода геокодирования. Помимо этого, к ограничениям исследования относится возможный недоучет некоторых СО, которые могли быть недоступны для фиксирования исследователями по объективным причинам.

Заключение

Инновационное исследование по оценке доступности фактической муниципальной инфраструктуры с помощью разработанного специального программного обеспечения в рамках государственного задания впервые проведено в нашей стране в трех субъектах Российской Федерации. Продемонстрированы широкие возможности для использования в научном и практическом плане созданной методологии для принятия научно-обоснованных подходов к разработке, реализации и оценке муниципальных/региональных программ укрепления общественного здоровья, в том числе направленных на повышение уровня физической активности населения. Полученные результаты отражают физическую доступность спортивных объектов для проживающего населения, ее ассоциации с наличием ожирения и свидетельствуют о важности продолжения реализации целей и задач по повышению уровня физической активности и доступности спортивных объектов на региональном/муниципальном уровне.

Вклад авторов: концепция и дизайн исследования — Концевая А.В., Драпкина О.М.; сбор и обработка материала — Попович М.В., Баланова Ю.А., Имаева А.Э.; статистическая обработка данных — Куценко В.А., Филичкина Е.М., Яровая Е.Б.; написание текста — Попович М.В., Зиновьева В.А., Усова Е.В.; научное редактирование — Концевая А.В., Лопатина М.В.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Authors contribution: study design and concept — Kontsevaya A.V., Drapkina O.M.; data collection and processing — Popovich M.V., Balanova Yu.A., Imaeva A.E.; statistical analysis — Kutsenko V.A., Filichkina E.M., Yarovaya E.B.; text writing — Popovich M.V., Zinovieva V.A., Oussova E.V.; scientific editing — Kontsevaya A.V., Lopatina M.V.

Подтверждение e-mail

На test@yandex.ru отправлено письмо со ссылкой для подтверждения e-mail. Перейдите по ссылке из письма, чтобы завершить регистрацию на сайте.

Подтверждение e-mail

Мы используем файлы cооkies для улучшения работы сайта. Оставаясь на нашем сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cооkies. Чтобы ознакомиться с нашими Положениями о конфиденциальности и об использовании файлов cookie, нажмите здесь.